Каждый пишет, как он слышит,

каждый слышит, как он дышит,

как он дышит, так и пишет,
не стараясь угодить...
Так природа захотела,

почему - не наше дело,

для чего - не нам судить.

Года четыре тому назад я встретила в интернете на сайте Устье Речи удивительную статью «Музыка древнерусского зодчества» (http://ustierechi.ucoz.ru/publ/14-1-0-165 ). Определение «УДИВИТЕЛЬНАЯ» подходит к этой статье наилучшим образом: корень «ДИВ» означает «СВЕТ».
В статье освещаются не только те вопросы, на которых я остановлюсь, она глубже и шире, поэтому искренне советую ознакомиться с ней в полном объеме. Я же буду рассматривать конкретный вопрос - сажени и ноты.
Позволю себе для начала процитировать автора, потому что лучше не скажешь.

«Эстетическая гармония сооружений связана со светом, так как видим мы отражённый от объектов свет, и при этом размеры сооружений влияют на характер получаемой нами информации. Свет одновременно падая на самую ближнюю к нам точку объекта и самую удалённую, будет приходить к нам с небольшой задержкой, в соответствии со скоростью света.
Наш мир пронизан электромагнитными полями, и любой объект постоянно находится в этом "океане" электромагнитных полей. Через него проходят электромагнитные волны, и они взаимодействуют с этим объектом в той либо иной степени, и здесь наиболее интересно рассмотреть явление резонанса.
Резонанс (фр. resonance, от лат. resono - откликаюсь) - явление резкого возрастания амплитуды вынужденных колебаний, которое наступает при приближении частоты внешнего воздействия к некоторым значениям (резонансным частотам), определяемым свойствами системы. Увеличение амплитуды - это лишь следствие резонанса, а причина - совпадение внешней (возбуждающей) частоты с внутренней (собственной) частотой колебательной системы.

Если длина электромагнитной волны совпадёт или будет пропорциональной одному из линейных размеров объекта, то внутри этого объекта возникнут стоячие волны.
Стоячая волна - колебания в распределённых колебательных системах с характерным расположением чередующихся максимумов (пучностей) и минимумов (узлов) амплитуды. Практически такая волна возникает при отражениях от преград и неоднородностей в результате наложения отражённой волны на падающую. При этом крайне важное значение имеет частота, фаза и коэффициент затухания волны в месте отражения. Примерами стоячей волны могут служить колебания струны, колебания воздуха в органной трубе; в природе - волны Шумана...
Стоячие волны возникают в резонаторах . Конечные размеры резонатора накладывают дополнительные условия на существование таких волн...

Итак, предположим, что есть некое помещение прямоугольной формы, и у этого помещения есть длина, ширина и высота, соответственно в этом помещении возникнут три разных стоячих волны - две между парами стен, и ещё одна между потолком и полом. Через любой объект постоянно проходят электромагнитные волны во всём частотном диапазоне, поэтому обязательно найдутся такие частоты, длины волн которых будут кратны физическим размерам помещения, и в результате этого возникнут три стоячих волны, а само помещение будет играть роль резонатора.

Совокупность этих трёх стоячих волн - своего рода электромагнитный "аккорд", отдельные "ноты" которого из-за резонанса имеют большую амплитуду. Установить насколько гармоничен этот "аккорд" можно разными способами, но наиболее наглядным видится способ представления частот этих колебаний в виде музыкальных нот.
При анализе физических размеров объектов, в том числе и архитектурных, мы будем использовать формулу связывающую длину электромагнитной волны с её периодом:

λ = c х T = c / f, где:

• с


• λ - длина электромагнитной волны,


• Т - период волны,


• f - частота.

L = λ
f = c / λ = c / L, где:

• L - длина объекта в м,


• λ - длина электромагнитной волны в м,


• с = 299 792 458 м/с - скорость света,


• f - частота в Гц »...

Если говорить конкретно, то делить на 2 придется 19 раз, чтобы оказаться в частотном интервале нот малой или первой октав, и ф ормула примет вид:

f = c / (L х 2 19), где:

• L - длина сажени в м,


• с = 299792458 м/с - скорость света,


• f - частота в Гц,


• 1/2 19 - понижение октавности в 19 раз для перевода частоты сажени в диапазон звуковых колебаний нот малой или первой октав.

« Стоит заметить, что при строительстве использовалась не одна сажень (аналогично тому, как мы пользуемся метром), а минимум три - для высоты, ширины и глубины, так как основное предназначение саженей не измерение, а соблюдение соразмерности геометрических размеров друг с другом. Три сажени - это уже аккорд.

Каждая сажень древнерусских зодчих - это архитектурная нота, а все сооружения, возведённые ими, - это застывшая музыка, и в прямом и в переносном смысле.

Восприятие человека основано на регистрации колебаний окружающего мира, свет, звук, вкус, осязание, обоняние - все органы чувств работают по одному принципу - получение информации о колебаниях внешней среды рецепторами организма человека. Одним из основных источников получаемой информации, является свет, а благодаря возможности регистрировать световые колебания (видеть), мы можем получать информацию о внешней среде, не только находящейся в непосредственном контакте с нашим телом, но и удалённой от него. Звёзды находятся на расстоянии многих световых лет от нас, и мы видим их свет, а раз мы его видим, значит, этот свет оказывает на нас воздействие. Но известно, что мы видим только малую часть из всего диапазона электромагнитных волн, мы не видим (непосредственно) ни ультрафиолетового излучения, ни теплового, мы не видим радиоволнового излучения, рентгеновского, но всё перечисленное также оказывает на нас воздействие. Свет, не вступая в прямой контакт с нашими телами, может воздействовать через разделяющую нас материю, так например, мы можем чувствовать тепло нагретой солнцем стены, находясь внутри помещения, при этом передача тепловой энергии внутри материи, на первый взгляд, кажется подчинённой совершенно другим законам природы, но фактически она обусловлена воздействием света.

Электромагнитные волны - это не только свет, но и все излучения, которые не только проходят через стены, но и отражаются, и естественно проходят и через нас. Как воздействуют на человека электромагнитные волны, которыми пронизано всё мироздание? - наука этим вопросом ещё не занималась.

Хотя логично предположить, что эстетическая гармония, непосредственно связанная с "Золотой пропорцией" и биологическая гармония - то есть жизнь, должны быть как-то связаны».

И вот однажды, в очередной раз дочитав статью до конца (а далее в ней еще много всего интересного!), я выполнила вышеописанные расчеты для каждой из тридцати шести Русских Золотых саженей. Результаты показаны в таблице № 1.

В ячейках трех верхних строк таблицы содержится следующая информация:
- размер сажени в см;
- частота сажени с учетом понижения октавности в Гц;
- название ноты, соответствующей сажени, с указанием октавы;
- частота этой ноты в музыкальном равномерно темперированном строе в Гц.

Таблица № 1

Двенадцать саженей каждой спирали соответствуют нотам в музыкальном равномерно темперированном строе с высокой степенью точности.
Для спирали РА отклонение не превышает 0,5%, для спирали Светоч отклонение находится в пределах 1,4%, для спирали Устье - 2,4%.

Одинаковые ноты на разных спиралях расположены по-разному: ноты спирали РА опережают ноты спирали Светоч на четыре шага, а ноты спирали Устье - на 7 шагов. Соответственно, ноты спирали Светоч опережают ноты спирали Устье на 3 шага.
Триединство РА-Светоч-Устье можно рассматривать как три ноты - аккорд.
Возникают вопросы: Насколько гармонично звучание этих двенадцати аккордов? И что это за аккорды?

Обратимся к информации, изложенной на сайте Музыкальная Лаборатория (http://zvukovaja-karta.ru/content/akkordy).
Нам будут необходимы таблица аккордов (Таблица № 2) и правила образования мажорного и минорного аккорда из любой ноты, принятой за основную.

Таблица № 2

Правила построения мажорных и минорных аккордов

Мажорные аккорды:
Основная нота - Основная нота + 4 - Основная нота + 7.
Минорные аккорды:
Основная нота - Основная нота + 3 - Основная нота + 7.

Нельзя не заметить, что правило образования мажорного аккорда соответствует алгоритму взаимного расположения нот в таблице № 1 - тот же сдвиг на 4 шага и на 7 шагов.
Анализ таблиц № 1 и № 2 позволяет сделать вывод о том, что Триединства Ра-Светоч-Устье - это мажорные аккорды.

В таблице № 3 показаны мажорные аккорды одной октавы - первой.
Таблица № 3


После 12-ого аккорда (До-мажор) идет переход на октаву ниже и повторение аккордов с 1-ого по 12-ый: Си-мажор, Ля# -мажор, Ля-мажор… Процесс бесконечен как в сторону повышения звучания по октавам, так и в сторону понижения звучания.

Сделаем некоторые выводы из вышесказанного.

Правило построения мажорных аккордов: Основная нота - Основная нота + 4 - Основная нота + 7 отражает закономерности расположения нот на спиралях РА, Светоч, Устье.
Ноты спирали РА сдвинуты относительно соответствующих нот спирали Светоч на четыре шага влево, а относительно соответствующих нот спирали Устье - на 7 шагов влево. Поэтому мажорные аккорды - это и есть Триединства РА-Светоч-Устье .

Минорные аккорды отличаются от мажорных одной нотой, но отличны от них по своей сути. Это как переход от радости к грусти, от света к тени…
Минорные аккорды - тоже созвучие, тоже Триединство. Если вычислить вурф минорного аккорда, его значение равно 1,304, то есть минорный аккорд - золотовурфен (отклонение от Золотого вурфа - 1,7%).

Необходимо иметь в виду, что также как в проявленном для нас мире существует градация света и тени, так и созвучие имеет свои градации... Подобно тому, как в какой-то момент вечерние сумерки становятся ночным мраком, так и созвучие в определенный момент при дальнейшем увеличении расхождения, рассогласования в составляющих его величинах становится диссонансом. Переход от созвучия к диссонансу - это выход за пределы золотовурфности, то есть отклонение от значения Золотого вурфа более, чем на 3%.

Триединства РА-Светоч-Устье, являющиеся энерго- и формообразующими для человека, на уровне звучания проявляются как мажорные аккорды. Название аккорда совпадает с названием ноты спирали РА для Триединства.
Итак, мажорный аккорд отражает внутреннее созвучие, гармоничность, присущие человеку изначально, поэтому его звучание воспринимается как РА-достное, жизнеутверждающее.

Проявленный мир наполнен огромным количеством звуков, среди которых есть и созвучные, и диссонансные. Это как свет и тьма, Жизнь и смерть. Если бы не было тьмы, как можно было бы понять, что есть Свет? Движение к Свету начинается с осознания того, что на данный момент ты находишься во тьме, и идет от мрака собственных представлений к свету понимания сути вещей.
Изначально каждый из нас есть частица Света, энергия Жизни. Звучание этой частицы - мажорный аккорд. Всю свою жизнь каждый из нас ищет созвучия с собой в своем движении к Свету, к Жизни, к РА-дости.

Любое трехмерное тело - это три звука, аккорд. Звучание живых, золотовурфных тел и объемов гармонично, со-звучно. Со-звучие - это согласованное звучание всех нот. Звучание мертвых, не золотовурфных тел и объемов - диссонансно, разрозненно, каждая нота из трех, каждый звук аккорда - сам по себе и сам за себя.
«Созвучие всегда стремится к преобразованию».
Каждый из нас в течение своей земной жизни проходит путь поиска более и более созвучных сред и взаимодействий, соразмеряясь, как с камертоном, со звучанием своего Изначального Аккорда - Триединством РА-Светоч-Устье.

Как засмотрится мне нынче, как задышится?
Воздух крут перед грозой, крут да вязок.
Что споётся мне сегодня, что услышится?
Птицы вещие поют - да все из сказок.
В. Высоцкий
И пока еще жива
роза красная в бутылке ,
дайте выкрикнуть слова,
что давно лежат в копилке...
Б. Окуджава

Следующий вопрос, который небезынтересно рассмотреть, это Русские Золотые сажени, ноты и цвета видимого излучения.
Возможно ли в свете объединенного анализа Золотых саженей, присущего им звучания и их видимого цветового излучения сформулировать некие критерии для определения как гармоничных сочетаний цвета и звука, так и деструктивных?

Цитата из общедоступного источника: «Видимое излучение - электромагнитные волны , воспринимаемые человеческим глазом . Чувствительность человеческого глаза к электромагнитному излучению зависит от длины волны (частоты) излучения, при этом максимум чувствительности приходится на 555 нм (540 терагерц) в зелёной части спектра. Поскольку при удалении от точки максимума чувствительность спадает до нуля постепенно, указать точные границы спектрального диапазона видимого излучения невозможно. Обычно в качестве коротковолновой границы принимают участок 380-400 нм (750-790 Гц), а в качестве длинноволновой - 760-780 нм (385-395 ТГц). Электромагнитное излучение с такими длинами волн также называется видимым светом , или просто светом (в узком смысле этого слова)».

Определим цвет видимого излучения для всех 36 Русских Золотых саженей.

Расчет частоты излучения для конкретной сажени делается по формуле:

f = C x 2 22 / ( L x 1 000 000 000 000) , где

F - частота сажени, переведенная в диапазон видимого света, в ТГц (терагерцах),
- С = 299 792 458 м/сек - скорость света,
- L - размер сажени в м,
- 1 / 1 000 000 000 000 - перевод Гц в ТГц,
- 2 22 - коэффициент перевода частоты сажени в диапазон частот видимого света.

Результаты вычислений отразим в таблице № 1.
Для саженей спирали Светоч укажем их частоту излучения в диапазоне видимого спектра в ТГц. Для всех саженей покажем соответствующей каждой цвет излучения.

Таблица № 1

Для саженей спирали Светоч диапазон видимого восприятия светового излучения начинается с египетской сажени 166,12 см и заканчивается на сажени 313,59 см. Двенадцать саженей, начиная с египетской, - это двенадцать разных цветов видимого излучения - от фиолетового до бордового.

Проверим это.

Следующая сажень слева от египетской - 1,5679 м.
Для L = 1,5679 м f = 801,978 ТГц - это еще ультрафиолетовый диапазон.

Следующая сажень справа за саженью 313,59 см - 3,3224 м.
Для L = 3,3224 м f = 378,468 ТГц - это уже инфракрасный диапазон.

Данные границы весьма условны: есть субъекты, диапазон восприятия светового излучения у которых гораздо шире - те, кто способен видеть не одну, а несколько «октав» светового излучения, также как есть певцы, голос которых легко охватывает 3-4 октавы, а есть те, кто с трудом озвучивает гораздо более узкий диапазон. Диапазон восприятия светового излучения другой и у братьев наших меньших.

Остановимся на анализе взаимного расположения созвучных элементов различных спиралей.

На спирали РА мы видим свето-звуковой ряд, подобный спирали Светоч. Относительно элементов спирали Светоч он сдвинут на 4 шага вперед. Таким образом, элементы спирали РА, созвучные по своим вибрациям соответствующим элементам спирали Светоч, имеют пространственно-временные характеристики, опережающие элементы спирали Светоч на четыре шага - на четыре элемента.
Соответственно, на спирали Устье также присутствует подобный свето-звуковой ряд. Он отстает относительно соответствующих элементов спирали Светоч на 3 шага. Элементы спирали Устье, созвучные по своим вибрациям соответствующим элементам спирали Светоч, имеют пространственно-временные характеристики, отстающие от элементов спирали Светоч на три шага - на три элемента. От соответствующих элементов спирали РА они отстают на семь шагов, то есть на семь элементов.

Итак, Ми или Фиолетово-синее излучение спирали Ра - 172,64 см , Ми или Фиолетово-синее излучение спирали Светоч - Народная сажень 176,00 см , Ми или Фиолетово-синее излучение спирали Устье - 169,35 см - это энергетически РАЗНЫЕ величины.

Как рождается их созвучие? Через сажень спирали РА.
Рассмотрим конкретный пример.

Ми спирали Светоч отличается от Ми спирали Устье на 3,93% (176,00 / 169,35 = 1,0393, отклонение - 3,93%), то есть они были бы не созвучны друг другу, если бы не было третьей, объединяющей их величины - Ми спирали РА.
Отношение Ми спирали РА к Ми спирали Светоч - 172,64 / 176,00 = 0,981, отклонение 1,91%.
Отношение Ми спирали РА к Ми спирали Устье - 172,64 / 169,35 = 1,0194, отклонение 1,94%.
Таким образом, возникает триединое созвучие нот, расположенных на разных спиралях, и звучание ЛЮБОЙ из струн-спиралей заставляет откликнуться остальные две .

Три спирали РА, Светоч и Устье - это три разных уровня уплотнения энергии, три перехода от более тонкого, энергонасыщенного состояния к более плотному и менее энергоемкому.

Спираль РА - это уровень Космических энергий, уровень взаимодействия с Единой чувствующей материей Космоса. Спираль Светоч - уровень психо-эмоционального взаимодействия и восприятия субъекта, характеризующийся присущим ему качеством мыслеобразования, а также взаимодействие с энерго-информационным объемом Земли. Спираль Устье - уровень формических взаимодействий, развитие и трансформация плотноматериальной формы субъекта.

Все едино, и воздействие на любом из энергетических уровней проявляется на всех остальных. На каком бы уровне - верхнем, среднем или нижнем - не возник первоначальный импульс, он оказывает влияние на всю систему в целом.

Теперь выделим из множества Русских Золотых саженей те сажени, которых дошли до нас имеющими имена, что сразу заставляет предположить, что их использовали постоянно. Ненужному, бросовому состоянию не дают имени!
Эти сажени выделим в отдельную таблицу - таблицу № 2.

Пояснение: Сажень 284,82 см - это удвоенная малая 142,41 см, она имеет свое название - городовая.
Аналогично проявлены сажень 268,82 см - удвоенная меньшая 134,41 см и сажень 301,74 см - удвоенная простая 150,87 см. Их можно так и называть.

Сажень 169,35 см оставляем, так как она практически уже прошла процесс легитимизации, правда, под разными именами - ростовой, Черняева, новой (забавное имя для сажени, возраст которой даже представить трудно! Какой возраст у инструмента, при помощи которого создавался этот мир? Он постарше того, что им творили).

Рассматривая и анализируя полученную выборку, видим, что в ней в полном объеме присутствуют все 12 нот и все 12 цветов видимого светового излучения.
Некоторые даже дважды - Фа и фиолетовое излучение, Ми и фиолетово-синее излучение, До-Диез и зеленое излучение.

Вывод: 15 саженей, которые нам известны поименно, есть необходимый и достаточный набор для исполнения любого замысла, ведь задействуя любую из саженей, Мастер фактически работает с тремя - выбранной им и двумя, находящимися с выбранной в резонирующем созвучии.
Соответственно, сигнал от воздействия поступает на все три уровня системы и производит объективизацию и развитие ее состояния. А что есть система? Одна из интересующих нас систем - Человек, как Хозяин, так и любой член семьи, так и «случайный» прохожий, и каждый из них чувствует на себе благотворное влияние соразмерной энергетики созданного Мастером объема.

Что можно сказать о различных цветовых сочетаниях?
Каждому из двенадцати Триединств РА-Светоч-Устье присущ не только свой мажорный аккорд, но и своя триада цветового излучения. Эти триады безусловно являются гармоничными, сбалансированными цветовыми сочетаниями и при их использовании в дизайнерских разработках и в быту будет получен мощный гармонизирующий эффект. Особенно благотворно для каждого человека будет свето-звуковое воздействие его собственного Триединства РА-Светоч-Устье.

У каждого тела и объема есть его собственное свето-звуковое проявление. У всех Живых, золотовурфных тел и объемов свето-звуковые характеристики гармоничны и сбалансированы, то есть Триедины. У мертвых тел и объемов свето-звуковые характеристики диссонансны, и соответственно, мертвые тела и объемы и в свето-звуковом диапазоне оказывают деструктивное воздействие на окружающих, то есть работают на забор энергии у живых существ, тел и объемов.

5 класс

Кто из героев сказок А.С. Пушкина умер от

жадности

отравления

восхищения

нарушения обещания

Вот зашифрованное послание, обращенное к вам как хороший жизненный совет. Займитесь дешифровкой и прочтите сказочный урок А.С. Пушкина.

«_ _а_ _а _ ож_, _а в _е_ _а_е_!

О_ _ ым _о_о_ _ а _ _ _ о_»

В каких национальных мифах и сказаниях Солнце является божеством? Почему?

Кому из литературных или сказочных героев принадлежат следующие предметы? Назовите героя, произведение и автора.

разбитое корыто

чудесный горшочек с бубенчиками

говорящее чудесное зеркало

острый сверкающий нож и меховая муфточка

дохлая кошка

черевички

сабля и ранец

Перед вами стихотворение «Книги в красном переплете» русского поэта XX века Марины Ивановны Цветаевой. Попробуйте объяснить, что испытывает автор этих строчек, почему детство называется «золотыми временами», раем? Какую роль в этом играют книги? Почему литературные герои названы друзьями? Из каких произведений эти герои и кто их автор?

Давайте поиграем в буриме – напишем стихотворение, используя заданные рифмы. Признаемся, что рифмы взяты из стихотворения русского поэта М.Ю. Лермонтова.

Безумный - шумный

Гранит – покрыт

Родится – промчится

Герой – покой

Марина Цветаева

^ КНИГИ В КРАСНОМ ПЕРЕПЛЕТЕ

Из рая детского житья
Вы мне привет прощальный шлете,
Неизменившие друзья
В потертом, красном пререплете.
Чуть легкий выучен урок,
Бегу тот час же к вам, бывало,
- Уж поздно!- Мама, десять строк!...-
Но, к счастью, мама забывала.
Дрожат на люстрах огоньки...
Как хорошо за книгой дома!
Под Грига, Шумана и Кюи
Я узнавала судьбы Тома.
Темнеет, в воздухе свежо...
Том в счастье с Бэкки полон веры.
Вот с факелом Индеец Джо
Блуждает в сумраке пещеры...
Кладбище... Вещий крик совы....
(Мне страшно!) Вот летит чрез кочки
Приемыш чопорной вдовы,
Как Диоген, живущий в бочке.
Светлее солнца тронный зал,
Над стройным мальчиком - корона...
Вдруг - нищий! Боже! Он сказал:
"Позвольте, я наследник трона!"
Ушел во тьму, кто в ней возник.
Британии печальны судьбы...
- О, почему средь красных книг
Опять за лампой не уснуть бы?
О золотые времена,
Где взор смелей и сердце чище!
О золотые имена:
Гекк Финн, Том Сойер, Принц и Нищий!

6 класс

Назовите произведения, в названии которых упоминаются дети или их имена, не забудьте указать авторов.

О каком русском поэте идет речь в этом описании?

Он был сыном помещика и пленной турчанки, другом великого русского поэта и воспитателем цесаревича; стал известным поэтом, рассказав в стихотворении о событиях Отечественной войны 1812 года, он любил все таинственное и романтической, о чем писал в своих стихотворениях и балладах.

В каком году были написано стихотворение А.С. Пушкина, строчки из которого приведены ниже? Свой ответ обоснуйте и объясните, чем стал для поэта Лицей.

^ Всему пора: уж двадцать пятый раз

Мы празднуем Лицея день заветный.

Приведите по одной строчке из разных стихотворений, в которых употребляются слова небо (небеса), солнце, Россия (Русь).

Какое впечатление производит на вас стихотворение ^ Николая Гумилева «На полярных морях и на южных…»? Каким рисуется образ капитанов? Каковы их жизненные цели и чем они готовы заплатить за их достижение? При помощи каких деталей возникает образ эпохи времен географических открытий? Как в стихотворении отражен главный конфликт и кто с кем вступает в борьбу? Символом чего является море и благодаря чему в тексте возникает настроение энергии и движения?

Сочините стихотворение, используя следующие рифмы:

звонко – ребенка

родится – стремится

шумящий – блестящий

дыханье – преданья

Николай Гумилев

На полярных морях и на южных,

По изгибам зеленых зыбей,

Меж базальтовых скал и жемчужных

Шелестят паруса кораблей.

Быстрокрылых ведут капитаны,

Открыватели новых земель,

Для кого не страшны ураганы,

Кто отведал мальстремы и мель,

Чья не пылью затерянных хартий, -

Солью моря пропитана грудь,

Кто иглой на разорванной карте

Отмечает свой дерзостный путь.

И, взойдя на трепещущий мостик,

Вспоминает покинутый порт,

Отряхая ударами трости

Клочья пены с высоких ботфорт,

Или, бунт на борту обнаружив,

Из-за пояса рвет пистолет,

Так что сыпется золото с кружев,

С розоватых брабантских манжет.

Пусть безумствует море и хлещет,

Гребни волн поднялись в небеса, -

Ни один пред грозой не трепещет,

Ни один не свернет паруса.

Разве трусам даны эти руки,

Этот острый, уверенный взгляд,

Что умеет на вражьи фелуки

Неожиданно бросить фрегат,

Меткой пулей, острогой железной

Настигать исполинских китов

И приметить в ночи многозвездной

Охранительный свет маяков?

О творчестве какого русского писателя идет речь в приведенном отрывке из книги Юрия Айхенвальда? Свой ответ обоснуйте, объяснив, что помогло вам узнать имя писателя.

Страшные сказки о жизни рассказал нам … потому и жизнь сама страшна, как страшна показалась «освещенная церковь ночью с мертвым телом и без души людей», - церковь, дом незаселенный, площадь пустоты. И, быть может, пугает все пустое, которого недаром боится природа, и не оттого ли жутко на свете, что смешные люди, призраки, имеют душу, ничем не заполненную, душу мертвую? От смешного до страшного – один шаг.

Назовите произведение А.С. Пушкина, в финале которого звучат приведенные ниже строки, и объясните, символом чего станет Диканька в цикле повестей другого русского писателя.

^ Цветет в Диканьке древний ряд

Дубов, друзьями насажденных;

Они о праотцах казненных

Доныне внукам говорят.

Назовите время и исторические события, описанные в следующих произведениях: «Песня о купце Калашникове» М.Ю. Лермонтова, «Полтава» А.С. Пушкина, «Тарас Бульба» Н. В. Гоголя, «Спартак» Р. Джованьоли.

Кто изображен в этом описании?

В детстве он стал свидетелем восстания Пугачева и чуть не погиб, так как его отец был помощником коменданта Яицкой крепости; в жизни был забиякой и драчуном, участником многих литературных бунтов, обжорой и лентяем, но блестяще образованным человеком; известность приобрел в жанре, известном с античности, придав ему русский национальный колорит; его часто называли «дедушкой»; ему поставлен памятник в Летнем саду в Петербурге и на Патриарших прудах в Москве в окружении его героев.

Поразмышляйте над стихотворением «Читатель» русского поэта XX века Анны Ахматовой. Охарактеризуйте образы поэта и читателя. Какую роль играют образы сцены и рампы? Почему читатель – «клад»? как возникает контакт между поэтом и читателем?

Сочините 1-2 парадоксальных строфы, продолжив балладу французского средневекового поэта Франсуа Вийона:

^ От жажды умираю над ручьем,

Смеюсь сквозь слезы и тружусь играя,

Куда бы ни пошел – везде мой дом,

Чужбина мне страна моя родная.

Ахматова А. А.

Читатель

Не должен быть очень несчастным
И главное скрытным. О нет! -
Чтоб быть современнику ясным,
Весь настежь распахнут поэт.

И рампа торчит под ногами,
Все мертвенно, пусто, светло,
Лайм-лайта холодное пламя
Его заклеймило чело.

А каждый читатель как тайна,
Как в землю закопанный клад,
Пусть самый последний, случайный,
Всю жизнь промолчавший подряд.

Там все, что природа запрячет,
Когда ей угодно, от нас.
Там кто-то таинственно плачет
В какой-то назначенный час.

И сколько там сумрака ночи,
И тени, и сколько прохлад.
Там те незнакомые очи
До света со мной говорят.

За что-то меня упрекают
И в чем-то согласны со мной...
Так исповедь льется немая.
Беседы блаженнейший зной.

Наш век на земле быстротечен
И тесен назначенный круг.
А он неизменен и вечен -
Поэта неведомый друг.

8 класс

Произведение

Борис Годунов

Хаджи Мурат

Персиваль, или Повесть о Граале

Жанры: 1. Романтическая поэма; 2. Историческая трагедия; 3. Историческая повесть; 4.Рыцарский роман.

Напишите, как в церковнославянском языке звучат слова: лоб, глаз, щека, жизнь, слово.

Объясните значение и происхождение выражений: дары данайцев, «а ларчик просто открывался», «а король-то голый», «а Васька слушает да ест», «птенцы гнезда Петрова».

Кто здесь описан?

Выходец из семьи ирландских художников, морской хирург, спортсмен, увлекающийся боксом; потерявший во время Первой мировой войны почти всех родственников, в связи с чем ставший поборником спиритизма, потративший на это четверть миллиона фунтов; изобретатель бронежилета; автор серии детективных рассказов с одним главным персонажем (ему до сих пор пишут письма по официальному адресу), на его надгробии вырезаны слова эпитафии: «Верен, как сталь, прям, как клинок».

Дайте сопоставительный анализ стихотворений А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова с одинаковым названием «Узник».

Напишите статью «Эпитет» для литературоведческого словаря. Не забудьте привести примеры.

^ А.С. Пушкин

Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орел молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном,

Клюет, и бросает, и смотрит в окно,
Как будто со мною задумал одно.
Зовет меня взглядом и криком своим
И вымолвить хочет: «Давай улетим!

Мы вольные птицы; пора, брат, пора!
Туда, где за тучей белеет гора,
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляем лишь ветер... да я!...»

^ М.Ю. Лермонтов

Отворите мне темницу,
Дайте мне сиянье дня,
Черноглазую девицу,
Черногривого коня.
Я красавицу младую
Прежде сладко поцелую,
На коня потом вскочу,
В степь, как ветер, улечу.

Но окно тюрьмы высоко,
Дверь тяжелая с замком;
Черноокая далеко,
В пышном тереме своем;
Добрый конь в зеленом поле
Без узды, один, по воле
Скачет, весел и игрив,
Хвост по ветру распустив...

Одинок я - нет отрады:
Стены голые кругом,
Тускло светит луч лампады
Умирающим огнем;
Только слышно: за дверями
Звучно-мерными шагами
Ходит в тишине ночной
Безответный часовой.

9 – 11 класс

Предлагается выполнить один из вариантов задания.

Проведите сравнительный анализ стихотворений.

А.Ахматова «Перед весной бывают дни такие…»

М.И. Цветаева «Сини подмосковные холмы…»

А.С. Пушкин «Во глубине сибирских руд…»

А. Блок «Приближается звук. И, покорна щемящему звуку…»

Н.М. Рубцов «В минуты музыки печальной…»

Комплексный анализ эпического произведения.

А.А. Бестужев – Марлинский «Часы и зеркало»

А.П. Чехов «Счастье»

В.В. Набоков «Случайность»

Напишите статью для словаря литературоведческих терминов.

Речевая характеристика героя

Психологизм в литературе

Контекст

Сделайте историко-культурный комментарий к фрагменту текста художественного произведения.

А.С. Грибоедов «Горе от ума»

Л.Н. Толстой «Война и мир»

А.А. Ахматова «Реквием»

^ Тексты для проведения олимпиады

Сравнительный анализ

А.Ахматова

Н. Г. Чулковой
Перед весной бывают дни такие:
Под плотным снегом отдыхает луг,
Шумят деревья весело-сухие,
И теплый ветер нежен и упруг.
И легкости своей дивится тело,
И дома своего не узнаешь,
А песню ту, что прежде надоела,
Как новую, с волнением поешь.
1915

^ М.И. Цветаева

Сини подмосковные холмы,
В воздухе чуть теплом - пыль и деготь.
Сплю весь день, весь день смеюсь, - должно
Выздоравливаю от зимы.

Я иду домой возможно тише:
Ненаписанных стихов - не жаль!
Стук колес и жареный миндаль
Мне дороже всех четверостиший.

Голова до прелести пуста,
Оттого что сердце - слишком полно!
Дни мои, как маленькие волны,
На которые гляжу с моста.

Чьи-то взгляды слишком уж нежны
В нежном воздухе едва нагретом...
Я уже заболеваю летом,
Еле выздоровев от зимы.

10 класс

^ А.С. Пушкин

Во глубине сибирских руд

Храните гордое терпенье,

Не пропадет ваш скорбный труд

И дум высокое стремленье.

Несчастью верная сестра,

Надежда в мрачном подземелье

Разбудит бодрость и веселье,

Придет желанная пора:

Любовь и дружество до вас

Дойдут сквозь мрачные затворы,

Как в ваши каторжные норы

Доходит мой свободный глас.

Оковы тяжкие падут,

Темницы рухнут -- и свобода

Вас примет радостно у входа,

И братья меч вам отдадут.

^ Ф. И. Тютчев

Вас развратило Самовластье,

И меч его вас поразил, -

И в неподкупном беспристрастье

Сей приговор Закон скрепил.

Народ, чуждаясь вероломства,

Поносит ваши имена -

И ваша память от потомства,

Как труп в земле, схоронена.

О жертвы мысли безрассудной,

Вы уповали, может быть,

Что станет вашей крови скудной,

Чтоб вечный полюс растопить!

Едва, дымясь, она сверкнула,

На вековой громаде льдов,

Зима железная дохнула -

И не осталось и следов.

1826, не ранее августа

11 класс

^ Александр Блок

Приближается звук. И, покорна щемящему звуку,

Молодеет душа.

И во сне прижимаю к губам твою прежнюю руку,

Снится - снова я мальчик, и снова любовник,

И овраг, и бурьян.

И в бурьяне - колючий шиповник,

И вечерний туман.

Сквозь цветы, и листы, и колючие ветки, я знаю,

Старый дом глянет в сердце мое,

Глянет небо опять, розовея от краю до краю,

Жизнь и горе отдам,

Хоть во сне, твою прежнюю милую руку

Прижимая к губам.

^ Николай Рубцов

В минуты музыки печальной

И шум порывистых берез,

И первый снег под небом серым

Среди погаснувших полей,

И путь без солнца, путь без веры

Гонимых снегом журавлей...

Давно душа блуждать устала

В былой любви, в былом хмелю,

Давно понять пора настала,

Что слишком призраки люблю.

Но все равно в жилищах зыбких -

Попробуй их останови!-

Перекликаясь, плачут скрипки

О желтом плесе, о любви.

И все равно под небом низким

Я вижу явственно, до слез,

И шум порывистых берез.

Как будто вечен час прощальный,

Как будто время ни при чем...

В минуты музыки печальной

Не говорите ни о чем.

^ Анализ прозаических текстов

9 класс
1966>^ А. Бестужев-Марлинский Часы и зеркало
(Листок из дневника)

Куда прикажете? - спросил мой Иван, приподняв левой рукою треугольную шляпу, а правой завертывая ручку наемной кареты.

К генеральше S.! - сказал я рассеянно.

Пошел на Морскую! - крикнул он извозчику, хватски забегая к запяткам. Колеса грянули, и между тем как утлая карета мчалась вперед, мысли мои полетели к минувшему.

Сколько приятных часов провел я у генеральши S.!.. Милая дочь, умное общество, занимательная беседа, приветливое обхождение, прекрасная дочь… Ах, Боже мой, да это повторение! - поневоле приходится начинать и заключать ею - она была душой, а может, и предметом всего этого! Чад большого света не задушил в ней искренности, придворные блестки сверкали только на ее платье, но ее остроумие не имело в них надобности. Весела без принуждения, скромна без жеманства, величава без гордости, она привлекала сердце очами и обворожала умы словом. Самые обыкновенные вещи, ею произносимые, принимали особую жизнь от чувства или мысли, выраженных лицом, от намека в одушевленных звуках голоса. Никто лучше ее не умел сливать светскую ветреность с сердечною мечтательностию и, храня строгий этикет модных приличий, повелевать меж тем модою - и отлично. Всегда окружена роем комаров - остроумцев, щеголей,- мотыльков и шпанских мух - богачей, она одна как будто не замечала ни приветов, ни воздыханий, ни взоров, ни вздоров, которыми ее осыпали. Стрелы паркетных купидонов отражала она своим веером - и самые меткие высыпались вон из корсета при раздеванье, вместе с лишними булавками. Не скажу, чтобы тщеславие, чтобы злословие - две стихии большого света были ей чужды,- нет! это едва ли возможно для всякой женщины и вовсе невозможно для дамы лучшего тона. Что бы заняло их дома? о чем бы стали они шептаться на балах, на съездах, на зрелищах, если б оставить в покое все репутации, все морщинки лиц и складки платьев, все ужимки и уборы присутствующих и все городские вести, изобретенные от нечего делать и повторяемые от нечего сказать? По крайней мере, она была тщеславна более по примеру, чем по сердцу; по крайней мере, насмешки ее были растворены каким-то добродушием: не уязвить того, о ком велось слово, желала она, а только развеселить того, кому рассказывала. Далека от амазонского тона многих столичных ровесниц ее, она терпеливо слушала лепетанье добрых, неопытных, доверчивых новичков - не превращая их в мороженое уничтожительным взором или словом, брошенным с высоты презрения, и ни одно умное словцо, ни одно острое замечание не оставалось без награды ее улыбки - кем бы ни было оно сказано.

Кладу перо и хладнокровно себя спрашиваю: не мадригал ли это, сочиненный моим сердцем? Не влюблен ли я? Но что значит это слово? Я так часто был влюблен, что, мне кажется, люблю только тех, в которых не влюблялся,- следственно, не разлюбил. Нет! это не сердечное пристрастие: чувства мои к ней были нежнее приязни - но тише любви. Я досадовал, бывало, когда безотвязные пустословы мешали мне поговорить с ней, но не ревновал. Не знаю, мои ли обстоятельства или опасение не получить полной взаимности удержали меня между небом и землею,- только я не надевал на себя пестрого колпака вздыхателей и, скрепив сердце, грелся, но не сгорал ее красотою. Бывало, часы летели и речь кипела ключом, когда она, сбросив светские узы жеманства вместе с тафтяными цветами и пышными регалиями скуки, возвращалась в домашний круг свой, будто сейчас из пелен природы. Как простодушно умна, как непритворно чувствительна тогда бывала она! Я никогда не забуду последнего вечера, проведенного с нею: четыре года отлучки и бивачная, разбойничья жизнь в горах Кавказа не сгладили о том воспоминания: все это, как вчера, у меня перед глазами.

Со мною не церемонились - я был у них почти домашний; и после обеда мать отправилась faire la ciéste - немножко отдохнуть, чтобы не зевать на бале, на который собирались они. Мы остались у камина: брат ее, кавалерист, дремал под благодарным влиянием английских угольев и только порой побрякивал шпорами: видно, мысли его танцевали тогда мазурку. Старшая, замужняя сестра Софьи занималась счетом бисера для узоров кошелька; зато мы вдвоем говорили за четверых, и речь шла, конечно, не о слезах Андромахи. Слово коснулось живых картин, и я сказал, что многие дамы наши выигрывают в них безмолвием и неподвижностию, но что все мы теряли в вашем молчании, mademoiselle Sophie! Правда, вы были живою мыслию живописца; вы одушевили, возвысили ее собственным выражением и воображением; но одно движение, один звук вызвал бы искру восторга, который таился еще в немом созерцании!

Даже если б я чихнула? - лукаво спросила она, возражая на комплимент мой.- Allons, M. Alexandre, я не люблю шуму, и от высокого до смешного один шаг. Пойдемте-ка, я лучше покажу вам новую свою работу по бархату, свою совсем не живую картину! - Сказав это, она упорхнула вперед; я предложил руку старшей сестре, которая, полушутя-полусерьезно выговаривала Софье, что она без матушки приглашает молодого человека в свой кабинет,- но, однако ж, встала, и мы счастливо совершили суворовский переход.

Как жаль, что у нас нечем выразить английского слова Awe. Это не страх, не благоговение, не изумление, но что-то такое, которое имеет в себе нечто от всех трех. Таким-то чувством бывал проницаем я, переступая порог кабинета прелестной девушки, поражен не тем, что видел там, но тем, что угадывал или воображал. Здесь при лучах утреннего солнца вода освежает ее, как розу… Здесь перед зеркалом выбирает она из модной своей оружейницы (то есть гардероба) самые убийственные для нас наряды; здесь примеряет новую шляпку, новую улыбку к лицу или испытывает небрежно живописное положение; здесь повторяет нечаянные взоры, вздыхает за романом, мечтает после бала… и кто тот счастливец, о ком мечтает она? С каким-то чувством сладкого страха вступил я в комнату Софии - как будто в святилище. Некоторая таинственность, некоторый риск придавали тому еще больше цены. Все мне казалось там очаровательно: уборы и вкус их, свет и воздух! Бронзовые и хрустальные безделки манили взор прелестью работы или возбуждали любопытство новостию изобретения. Млечная крышка лампы проливала сияние луны; цветы и духи веяли ароматом. На канделябре висела шляпка с вуалем для гулянья по Невскому. На письменном столике, между блестящими альбомами, умирающий Малек-Адель бросал последний взор из-под английской карикатуры. Полуразрезанный роман Вальтер Скотта заложен был пригласительным билетом на бал; на недоконченном письме брошена была поддельная гирлянда, и журнал мод, развернутый на картинке, осенял своими крыльями Шиллера и Ламартина; полусожженный листок из Дарленкура, служивший для зажигания кассолета, заключал картину,- словом, все в пленительном беспорядке - то была ода в анакреонтическом роде - или, лучше, история сердца и ума светской девушки. Так я мог следить ее прихоти и склонности - борьбу ветрености с жаждою познаний, с потребностью занятий душевных; желание блеснуть, нравиться и побеждать равно наружностию и умом в свете, столь скучном своими обычаями и столь милом по привычке. Привычка - вторая природа, говорят все. Мне кажется, что природа сама - первая привычка… ни больше, ни менее.

София сдернула покрывало с небольших пяльцев, в которых натянута была бархатная белая полоса, и на ней яркими оттенками весьма искусно изображалась вязь плодов, перемешанных с цветами. Я молча глядел то на работу, то на Софью, и снова, и снова попеременно; она взглядывала то на меня, то в зеркало. «Вы настоящая Аврора,- сказал я,- под вашими перстами расцветают розы!» - «Разве маки,- возразила она,- я встаю слишком поздно для вестниц Феба. Притом быть петербургскою зарею значит проститься со всеми своими знакомыми - которые видят восход солнца только на Вернетовой картине!» Я уверял, что она весь свет сделает раннею птичкою, введет в моду утренние прогулки, и все лорнеты, все трубки обратятся к востоку, подобно очам правоверных! Она возражала, что спрашивает о цветах, а не о себе. Я говорил, что невозможно, глядя на них, не вздумать о лучшем из них. Она желала знать, хороша ли работа. Я отвечал, что в отсутствие художницы она казалась бы прелестною, но при ней искусство уступает природе и краски кажутся безжизненны, что персики могли бы позавидовать пуху щек ее, а розе надо бы занять у нее румянца. Она говорила, что я приветлив (complimenteux) слишком по-светски. Я говорил, что я слишком искренен для света. Она говорила, что иногда не понимает меня. Я говорил, что теперь и сам себя не понимаю. Она говорила,- виноват, она молчала,- но я не переставал говорить глупости - и не диво: благовонный воздух дамских кабинетов напоен их прелестями - взоры их так обворожительны, божественная заря так прилипчива! Сердце тает, язык болтает - и все это делается, сам не знаешь как.

Било семь. «Как они отстают!» - вскричала Софья. Восклицание это доказывало нетерпение ее быть на бале, где найдет она множество поклонников, затмит многих соперниц. Я взглянул на часы едва ли не со вздохом - они врезаны были наверху большого трюмо. Странное сочетание! Урок ли это нравственности? Напоминание ли, как дорого время, или эмблема женских занятий, посвященных зеркалу? Приятное ли, разделенное с полезным, или полезное - жертва приятному? Вероятно, мастеру, который для странности или по случаю соединил в одно эти разнородные начала, не вспадало на ум ничего подобного; да и сам я подумал о том, будучи уж дома и один.

Направо, стой! - кричит Иван… Карета остановилась; звонок дрожит на пружине, и сердце мое бьется… Это ничего! точно так же билось оно у дверей каждого из прежних друзей моих. Радость их видеть и вместе страх увидеть остывшими или не так счастливыми, как бы хотелось, неизвестность встречи или приема - вот что волнует грудь странника. «Принимает!» - говорит старик швейцар, вздевая очки на нос, но прежде чем он успел разглядеть и узнать меня и удивиться, что я так давно не был,- я уже на верху лестницы, я уже в гостиной. Генеральша, разговаривая с двоюродного сестрою своею, почтенною женщиною преклонных лет, раскладывала гранпасьянс. «Очень рады».- После обыкновенных расспросов, где и как был, что выслужил, я наведался о здоровье любезной дочери. «Слава Богу, она у себя в комнате,- отвечали мне,- и будет довольна, вас увидя; не угодно ли потрудиться войти к ней?» Я удивился, но не заставил повторять себе приглашения. «Что бы это значило? - думал я…- только однажды, и то украдкою, мне посчастливилось быть у Софьи в комнате, как ни короток я был прежде в доме; а теперь меня посылают туда без провожатого! Люди или обычаи здесь изменились?» - Софья встретила меня радостным восклицанием, как старинного друга,- и в этот раз грешно бы было сомневаться в ее искренности: она была так уединенна, так одинока! Она не походила на себя - на прежнюю себя. Куда девалась эта свежесть лица? этот прозрачный тонкий румянец, эта роза любви, в очах тающая? эта нежность лилейной шеи, гордой груди? Те же цветы, обновясь, красуются на ее окнах, но она увяла! Неужели четыре года - век красоты? Нет: я прочитал иную повесть в томных чертах, в грустных взорах Софьи! Не от одной напряженной жизни большого света, не от бессонницы и утомления на частых балах так быстро поблекла она,- к этому присоединились нравственные огорчения: червяк тоски тихо сточил ее сердце, и роза опала, не пережив весны своей. Колесо моды вынесло вверх других красавиц, и поклонники прежней умчались вслед новых метеоров; атмосфера вздохов, которою жила, дышала Софья,- рассеялась, и она, к досаде своей, должна была ежедневно видеть успех других, поглощать свое унижение и, так сказать, украшать трофеи соперниц. Слишком строгая в выборе во время владычества - по вкусу, она и теперь не изменила себе - из гордости. Связи родства и приданое ее не были так значительны, чтобы привлечь превосходительных (я не говорю, превосходных) женихов-математиков; а люди, достойные ее по сердцу и летам, удалялись невесты столь высокого полета, привыкшей к блистающей жизни, к знатному кругу знакомства, которого не могли, а может, и не желали бы поддержать. Кто знает: может, и любовь, тайная или обманутая, отвергнутая или неразделенная?.. И это сердце, созданное для того, чтобы любить,- изныло в одиночестве среди людей, посреди шуму, безответно! И эта прелестная девушка, которая бы украсила общество как супруга, как мать - отжила для надежды в двадцать три года, забыта светом, которому принесла себя в жертву. О, свет, свет! Как мало даешь ты - за все, что отнимаешь! Блестящи - но тяжки золотые цепи твои, и мы еще более отягчаем их связями. Умножая наслаждения, мы умножаем страдания разлуки с ними; мы срастаемся с тобой, и рука судьбы, отрывая нас прочь, расторгает сердце!

В кабинете Софьи заметно было гораздо более порядка: все у места, все прибрано - теперь ей более досуга. Сама она сидела спиной к зеркалу, которое не могло уже ей показать, какова она была,- и в котором не хотела она видеть себя, какою стала. Она углублена была в чтение истории герцогов Бургундских; доказательство, что занятия ее стали основательнее,- нет худа без добра. Она показалась мне любезна по-прежнему, но в остроумии ее было менее живости, в эпиграммах более соли, чтоб не сказать желчи. Она смеялась - но уже этот смех обличал досаду покинутой, а не удовольствие торжествующей красоты. Разговор был более шутлив, чем весел. Она просила меня рассказать поправдивее о Кавказе. «Пушкин приподнял только угол завесы этой величественной картины,- говорила она,- но господа другие поэты сделали из этого великана в ледяном венце и в ризе бурь - какой-то миндальный пирог, по которому текут лимонадные ручьи!..» Я, как умел, вернее старался изобразить ей ужасающие красоты кавказской природы и дикие обычаи горцев - этот доселе живой обломок рыцарства, погасшего в целом мире. Описал жажду славы, по их образцу созданной; их страсть к независимости и разбою; их невероятную храбрость, достойную лучшего времени и лучшей цели. Беседа наша была довольно любопытна, даже занимательна - но со всем тем мы оба охотнее бы променяли все эти рассудительные разговоры на тот час, когда мы болтали вздор, склонясь над рисованными цветами!!

Между прочим, Софья поздравила меня с избавлением от страсти к комплиментам. Привет это или укор? Я в самом деле не сказал ей ничего лишнего - ложь замирала у меня на устах. Женщины, однако, любят похвалы красоте своей еще больше, когда она исчезла. В цвете они принимают их за долг, в отцвете за дар: это наши князья без княжеств, графы без графств. Сиятельство приятно им и без сияющих достоинств, как обет или воспоминание.

Наконец я взглянул на часы и встал, чтобы сойти в гостиную. «Не верьте им: они бегут!» - сказала Софья. Как много в немногих словах!! Давно ли, когда надежда торжества опережала время, она говорила, глядясь в зеркало: «они отстают!» Теперь, когда вылиняли крылья радости и сердце не успевает уже за временем, теперь: «они бегут». Так, они бегут - и невозвратно! Сочетание зеркала с часами поразило меня более, чем когда-нибудь: в два раза вся история красавицы мне виделась на них начертанною; мне виделся в них живой, но бесполезный урок тщеславию.

Я вышел грустен. Случайные слова «они бегут!», «они отстают!» - произвели на меня сильное впечатление, произнесены будучи особою, столь несчастливою, но столь достойною счастия. Ровными стопами идет время - только мы спешим жить в молодости и хотим помедлить в ней, когда она улетает, и оттого мы рано стареем без опыта иль молодимся потом без прелести. Никто не умеет пользоваться ни выгодами своего возраста, ни случаями времени, и все жалуются на часы, что они бегут или отстают. О, Софья, Софья! Не имя, а участь твоя навела на меня этот порыв мудрости: твои часы и зеркало еще и теперь у меня перед глазами.

10 класс

А.П. Чехов

У широкой степной дороги, называемой большим шляхом, ночевала отара

Овец. Стерегли ее два пастуха. Один, старик лет восьмидесяти, беззубый, с

Дрожащим лицом, лежал на животе у самой дороги, положив локти на пыльные

Листья подорожника; другой - молодой парень, с густыми черными бровями и

Безусый, одетый в рядно, из которого шьют дешевые мешки, лежал на спине,

Положив руки под голову, и глядел вверх на небо, где над самым его лицом

Тянулся Млечный Путь и дремали звезды.

Пастухи были не одни. На сажень от них, в сумраке, застилавшем

Дорогу, темнела оседланная лошадь, а возле нее, опираясь на седло, стоял

Мужчина в больших сапогах и короткой чумарке, по всем видимостям

Господский объездчик. Судя по его фигуре, прямой и неподвижной, по

Манерам, по обращению с пастухами, лошадью, это был человек серьезный,

Рассудительный и знающий себе цену; даже в потемках были заметны в нем

Следы военной выправки и то величаво-снисходительное выражение, какое

Приобретается от частого обращения с господами и управляющими.

Овцы спали. На сером фоне зари, начинавшей уже покрывать восточную

Часть неба, там и сям видны были силуэты неспавших овец; они стояли и,

Опустив головы, о чем-то думали. Их мысли, длительные, тягучие, вызываемые

Представлениями только о широкой степи и небе, о днях и ночах, вероятно,

Поражали и угнетали их самих до бесчувствия, и они, стоя теперь как

Вкопанные, не замечали ни присутствия чужого человека, ни беспокойства

В сонном, застывшем воздухе стоял монотонный шум, без которого не

Обходится степная летняя ночь; непрерывно трещали кузнечики, пели

Перепела, да на версту от отары, в балке, в которой тек ручей и росли

Вербы, лениво посвистывали молодые соловьи.

Объездчик остановился, чтобы попросить у пастухов огня для трубки. Он

Молча закурил и выкурил всю трубку, потом, ни слова ни сказав, облокотился

О седло и задумался. Молодой пастух не обратил на него никакого внимания;

Он продолжал лежать и глядеть на небо, старик же долго оглядывал

Объездчика и спросил:

Никак Пантелей из Макаровской экономии?

Я самый, - ответил объездчик.

То-то я вижу. Не узнал - богатым быть. Откуда бог несет?

Из Ковылевского участка.

Далече. Под скопчину отдаете участок?

Разное. И под скопчину, и в аренду, и под бакчи. Я, собственно, на

Мельницу ездил.

Большая старая овчарка грязно-белого цвета, лохматая, с клочьями

Шерсти у глаз и носа, стараясь казаться равнодушной к присутствию чужих,

Раза три покойно обошла вокруг лошади и вдруг неожиданно, с злобным,

Старческим хрипеньем бросилась сзади на объездчика, остальные собаки не

Выдержали и повскакали со своих мест.

Цыц, проклятая! - крикнул старик, поднимаясь на локте. - А, чтоб ты

Лопнула, бесова тварь!

Когда собаки успокоились, старик принял прежнюю позу и сказал

А в Ковылях, на самый вознесенев день, Ефим Жменя помер. Не к ночи

Будь сказано, грех таких людей сгадывать, поганый старик был. Небось

Нет, не слыхал.

Ефим Жменя, кузнеца Степки дядя. Вся округа его знает. У, да и

Проклятый же старик! Я его годов шестьдесят знаю, с той поры, как царя

Александра, что француза гнал, из Таганрога на подводах в Москву везли. Мы

Вместе ходили покойника царя встречать, а тогда большой шлях не на Бахмут

Шел, а с Есауловки на Городище, и там, где теперь Ковыли, дудачьи гнезды

Были - что ни шаг, то гнездо дудачье. Тогда еще я приметил, что Жменя душу

Свою сгубил и нечистая сила в нем. Я там замечаю: ежели который человек

Мужицкого звания все больше молчит, старушечьими делами занимается да

Норовит в одиночку жить, то тут хорошего мало, а Ефимка, бывало, смолоду

Все молчит и молчит, да на тебя косо глядит, все он словно дуется и

Пыжится, как пивень перед куркою. Чтоб он в церковь пошел, или на улицу с

Ребятами гулять, или в кабак - не было

Чехов Антон Павлович

А.П.ЧЕХОВ

У широкой степной дороги, называемой большим шляхом, ночевала отара овец. Стерегли ее два пастуха. Один, старик лет восьмидесяти, беззубый, с дрожащим лицом, лежал на животе у самой дороги, положив локти на пыльные листья подорожника; другой - молодой парень, с густыми черными бровями и безусый, одетый в рядно, из которого шьют дешевые мешки, лежал на спине, положив руки под голову, и глядел вверх на небо, где над самым его лицом тянулся Млечный Путь и дремали звезды.

Пастухи были не одни. На сажень от них, в сумраке, застилавшем дорогу, темнела оседланная лошадь, а возле нее, опираясь на седло, стоял мужчина в больших сапогах и короткой чумарке, по всем видимостям господский объездчик. Судя по его фигуре, прямой и неподвижной, по манерам, по обращению с пастухами, лошадью, это был человек серьезный, рассудительный и знающий себе цену; даже в потемках были заметны в нем следы военной выправки и то величаво-снисходительное выражение, какое приобретается от частого обращения с господами и управляющими.

Овцы спали. На сером фоне зари, начинавшей уже покрывать восточную часть неба, там и сям видны были силуэты неспавших овец; они стояли и, опустив головы, о чем-то думали. Их мысли, длительные, тягучие, вызываемые представлениями только о широкой степи и небе, о днях и ночах, вероятно, поражали и угнетали их самих до бесчувствия, и они, стоя теперь как вкопанные, не замечали ни присутствия чужого человека, ни беспокойства собак.

В сонном, застывшем воздухе стоял монотонный шум, без которого не обходится степная летняя ночь; непрерывно трещали кузнечики, пели перепела, да на версту от отары, в балке, в которой тек ручей и росли вербы, лениво посвистывали молодые соловьи.

Объездчик остановился, чтобы попросить у пастухов огня для трубки. Он молча закурил и выкурил всю трубку, потом, ни слова ни сказав, облокотился о седло и задумался. Молодой пастух не обратил на него никакого внимания; он продолжал лежать и глядеть на небо, старик же долго оглядывал объездчика и спросил:

Никак Пантелей из Макаровской экономии?

Я самый, - ответил объездчик.

То-то я вижу. Не узнал - богатым быть. Откуда бог несет?

Из Ковылевского участка.

Далече. Под скопчину отдаете участок?

Разное. И под скопчину, и в аренду, и под бакчи. Я, собственно, на мельницу ездил.

Большая старая овчарка грязно-белого цвета, лохматая, с клочьями шерсти у глаз и носа, стараясь казаться равнодушной к присутствию чужих, раза три покойно обошла вокруг лошади и вдруг неожиданно, с злобным, старческим хрипеньем бросилась сзади на объездчика, остальные собаки не выдержали и повскакали со своих мест.

Цыц, проклятая! - крикнул старик, поднимаясь на локте. - А, чтоб ты лопнула, бесова тварь!

Когда собаки успокоились, старик принял прежнюю позу и сказал покойным голосом:

А в Ковылях, на самый вознесенев день, Ефим Жменя помер. Не к ночи будь сказано, грех таких людей сгадывать, поганый старик был. Небось слыхал.

Нет, не слыхал.

Ефим Жменя, кузнеца Степки дядя. Вся округа его знает. У, да и проклятый же старик! Я его годов шестьдесят знаю, с той поры, как царя Александра, что француза гнал, из Таганрога на подводах в Москву везли. Мы вместе ходили покойника царя встречать, а тогда большой шлях не на Бахмут шел, а с Есауловки на Городище, и там, где теперь Ковыли, дудачьи гнезды были - что ни шаг, то гнездо дудачье. Тогда еще я приметил, что Жменя душу свою сгубил и нечистая сила в нем. Я там замечаю: ежели который человек мужицкого звания все больше молчит, старушечьими делами занимается да норовит в одиночку жить, то тут хорошего мало, а Ефимка, бывало, смолоду все молчит и молчит, да на тебя косо глядит, все он словно дуется и пыжится, как пивень перед куркою. Чтоб он в церковь пошел, или на улицу с ребятами гулять, или в кабак - не было у него такой моды, а все больше один сидит или со старухами шепчется. Молодым был, а уж в пасечники да в бакчевники нанимался. Бывало, придут к нему добрые люди на бакчи, а у него арбузы и дыни свистят. Раз тоже поймал при людях щуку, а она го-го-го-го! захохотала...

Это бывает, - сказал Пантелей.

Молодой пастух повернулся на бок и пристально, подняв свои черные брови, поглядел на старика.

А ты слыхал, как арбузы свистят? - спросил он.

Слыхать не слыхал, бог миловал, - вздохнул старик, - а люди сказывали. Мудреного мало... Захочет нечистая сила, так и в камне свистеть начнет. Перед волей у нас три дня и три ночи скеля гудела. Сам слыхал. А щука хохотала, потому Жменя заместо щуки беса.

Старик что-то вспомнил. Он быстро поднялся на колени и, пожимаясь, как от холода, нервно засовывая руки в рукава, залепетал в нос, бабьей скороговоркой:

Спаси нас, господи, и помилуй! Шел я раз бережком в Новопавловку. Гроза собиралась, и такая была буря, что сохрани царица небесная, матушка... Поспешаю я что есть мочи, гляжу, а по дорожке, промеж терновых кустов - терен тогда в цвету был - белый вол идет. Я и думаю: чей это вол? Зачем его сюда занесла нелегкая? Идет он, хвостом машет и му-у-у! Только, это самое, братцы, догоняю его, подхожу близко, глядь! - а уж это не вол, а Жменя. Свят, свят, свят! Сотворил я крестное знамение, а он глядит на меня и бормочет, бельмы выпучивши. Испужался я, страсть! Пошли рядом, боюсь я ему слово сказать, - гром гремит, молонья небо полосует, вербы к самой воде гнутся, - вдруг, братцы, накажи меня бог, чтоб мне без покаяния помереть, бежит поперек дорожки заяц... Бежит, остановился и говорит по-человечьи: "Здорово, мужики!" Пошла, проклятая! - крикнул старик на лохматого пса, который опять пошел обходом вокруг лошади. - А, чтоб ты издохла!

Это бывает, - сказал объездчик, все еще опираясь на седло и не шевелясь; сказал он это беззвучным, глухим голосом, каким говорят люди, погруженные в думу.

Это бывает, - повторил он глубокомысленно и убежденно.

У, стервячий был старик! - продолжал старик уже не так горячо. Лет через пять после воли его миром в конторе посекли, так он, чтобы, значит, злобу свою доказать, взял да и напустил на все Ковыли горловую болезнь. Повымерло тогда народу без счету, видимо-невидимо, словно в холеру...

А как он болезнь напустил? - спросил молодой пастух после некоторого молчания.

Известно, как. Тут ума большого не надо, была бы охота. Жменя людей гадючьим жиром морил. А это такое средство, что не то, что от жиру, даже от духу народ мрет.

Это верно, - согласился Пантелей.

Хотели его тогда ребята убить, да старики не дали. Нельзя его было убивать; он знал место, где клады есть. А кроме него, ни одна душа не знала. Клады тут заговоренные, так что найдешь и не увидишь, а он видел. Бывало, идет бережком или лесом, а под кустами и скелями огоньки, огоньки, огоньки... Огоньки такие, как будто словно от серы. Я сам видел. Все так ждали, что Жменя людям места укажет или сам выроет, а он - сказано, сама собака не ест и другим не дает - так и помер: ни сам не вырыл, ни людям не показал.

Объездчик закурил трубку и на мгновение осветил свои большие усы и острый, строгого, солидного вида нос. Мелкие круги света прыгнули от его рук к картузу, побежали через седло по лошадиной спине и исчезли в гриве около ушей.

В этих местах много кладов, - сказал он.

Должны быть клады.

Что и говорить, - вздохнул старик. - По всему видать, что есть, только, брат, копать их некому. Никто настоящих местов не знает, да по нынешнему времю, почитай, все клады заговоренные. Чтоб его найти и увидать, талисман надо такой иметь, а без талисмана ничего, паря, не поделаешь. У Жмени были талисманы, да нешто у него, у черта лысого, выпросишь? Он и держал-то их, чтоб никому не досталось.

Молодой пастух подполз шага на два к старику и, подперев голову кулаками, устремил на него неподвижный взгляд. Младенческое выражение страха и любопытства засветилось в его темных глазах и, как казалось в сумерках, растянуло и сплюсщило крупные черты его молодого, грубого лица. Он напряженно слушал.

И в писаниях писано, что кладов тут много, - продолжал старик. Это что и говорить... и говорить нечего. Одному новопавловскому старику солдату в Ивановке ярлык показывали, так в том ярлыке напечатано и про место, и даже сколько пудов золота, и в какой посуде; давно б по этому ярлыку клад достали, да только клад заговоренный, не подступишься.

Отчего же, дед, не подступишься? - спросил молодой.

Должно, причина какая есть, не сказывал солдат. Заговоренный... Талисман надо.